Преподаватель Тольяттинского государственного университета (ТГУ) Юлия Ведерникова приняла участие в международной программе U.S.-Russia Partnership for Global Solutions и три недели провела в Техасском университете в Арлингтоне (штат Техас), где знакомила американских студентов с российской культурой и наблюдала за образовательным процессом изнутри. В интервью корреспонденту Молодёжного медиахолдинга «Есть talk!» Луизе Чистяковой она рассказала, как проходил отбор, чему учились преподаватели обеих стран, чем отличается американский кампус от нашего и почему улыбка американца вовсе не наигранная.

Юлия Ведерникова (слева) и корреспондент «Есть talk!» Луиза Чистякова

От идеи до Техаса

– Юлия, как появилась эта возможность – попасть в международную программу?

– Меня мотивировала к участию моя коллега Евгения, она в прошлом году была первопроходцем программы U.S.-Russia Partnership for Global Solutions. Я решила подать заявку, участвовала в отборе и прошла его успешно.

– Помните свои эмоции в тот момент, когда узнали, что выиграли конкурс и поедете в Техас?

– Смешанные, на самом деле, чувства. Сначала испытала эйфорию, а вместе с этим и удивление: «Надо же, я прошла, я попала!» (Улыбается.)

Я изначально шла совершенно без ожиданий, думала, что не очень подхожу для этой программы, ведь нужен человек, который преподаёт русский как иностранный. Шла с мыслью: «Так уж и быть, попробую, ничего не теряю». После отбора мне сразу сообщили, что нужно очень серьёзно подумать перед поездкой, потому что это будет сентябрь, начало учебного семестра. Отпустят ли меня на работе? Понимаю ли я, что там будет большая нагрузка, что нужно будет посещать много пар, самой проводить лекции?

Было несколько дней, когда я серьёзно обдумывала, стоит ли людям писать. Потому что это ответственность, ты понимаешь: если сейчас скажешь «да», а потом передумаешь, то просто подставишь людей. В итоге решила, что буду пробовать, буду пытаться!

– Вы раньше уже участвовали в подобных программах или это был первый опыт?

– Нет, это был не первый опыт. Я была за границей как студентка, но не на конкурсной основе. Я ездила по программе Work and Travel в Шотландию на три месяца. Работала там на ферме, собирала клубнику и малину, а в свободное время путешествовала по Шотландии и Британии.

«Британцы скромничают, американцы – наоборот»

– Почувствовали разницу между британцами и американцами?

– Конечно. Это два совершенно разных менталитета. Британцы – это культура преуменьшения. Допустим, если им делают комплимент: «Какое у тебя красивое платье!», то они часто отвечают: «Ой, да ладно, я его в шкафу нашла, оно старое, обычное».

Американцы же – это, наоборот, культура подачи успеха на 100 %. У них очень хорошие навыки самопрезентации, у многих американцев развито ораторское искусство. Вот тут нам, русским, тяжело, потому что мы не привыкли себя так показывать. У нас есть много «не высовывайся», не любой человек вот так вот с ходу сможет поддержать лёгкий, навязчивый светский разговор, как, к примеру, это делают американцы.

– У русских есть стереотипы об американцах – например, что они всегда ходят с натянутой улыбочкой. А как бы вы охарактеризовали американцев сейчас, после поездки? Что, может быть, удивило? Какие стереотипы подтвердились, а какие нет?

– Хороший вопрос. Обычно, когда едешь в незнакомую страну, действительно имеешь какие-то стереотипы, и, как правило, они оказываются неправдой. (Улыбается.) Но в данном случае всё подтвердилось: вредная еда, «киношные» университеты с делением на братства и многое другое. У них культура экстравертности действительно больше развита, чем у нас, они заинтересованы в людях, очень доброжелательны, но главное – это всё не наигранно. Они не улыбаются натянутой улыбкой – людям правда интересно!

Конечно, и у американцев есть стереотипы о нас. Самые любимые вопросы о России, которые задавали нашей группе американцы: «Это правда, что у вас так холодно?», «А сколько градусов?», «А как это перевести из Фаренгейта в Цельсий?» У нас в группе были молодые люди из Сибири, мы их вперёд выставляли как «щит» от таких вопросов, и они отвечали американцам.

США – страна очень большая, у них огромная разница между севером и югом. На юге часть культурного кода – это гостеприимство. Как у нас в России: ты приходишь в гости – тебя обязательно нужно накормить. Им нужно приготовить местную еду, например potato salad, pumpkin pie и многое другое. Причём они любят подчёркивать: «Это вам не Нью-Йорк, там такого не будет!» (Смеётся.)

– Как к вам относились американцы? Чувствовалось ли предвзятое отношение из-за того, что вы из России?

– Напряжённость присутствует во всём мире, между представителями многих стран, но в Техасе я этого совершенно не ощутила. Более того, к нам проявляли очень большой интерес, потому что они от нас далеко, русских там очень мало, мы были для них в диковинку. К примеру, когда мы куда-нибудь ехали в такси, американцы слышали, как мы между собой разговариваем, и сразу спрашивали: «Откуда вы?» Это была наша любимая игра, и наш куратор Константин отвечал: «А вы угадайте». Американцы не могли угадать, называли Германию, Скандинавию. Когда не угадывали, мы им говорили: «Russia». Они очень удивлялись и отвечали: «Wow! Russia!» (Смеётся.) То есть людям даже не приходило в голову, что русские могут там находиться, для них это было что-то необычное. В целом я не ощутила предвзятого отношения, приём в Техасе был очень тёплым.

Гостеприимство и культурный обмен

– Что вам особенно запомнилось в общении с местными? Может быть, какой-то диалог, событие, жест?

– Несколько раз мы ездили к американцам в гости, побывали в двух семьях смешанного типа: папа – американец, мама – русская. Как преподавателю языка мне было очень интересно посмотреть на детей билингвов. То есть папа говорит по-английски, мама по-русски, и они пытаются создать своим детям среду, где общение происходит на двух языках. Я увидела, какой огромный это труд для родителей – развивать два языка.

– Расскажите немного о вашей повседневной жизни в Техасе. Как проходили дни? Где вы жили, чем, может быть, удивил вас американский кампус?

– Мы, преподаватели, жили в кампусе, но на более высоком уровне, чем студенты. У каждого преподавателя была своя собственная квартира с кухней и гостиной, спальней, постирочной с сушилкой и стиральной машиной. У американцев это редкость, обычно все ходят в прачечные, где закидываешь монетку и стираешь. Студенты у нас так и ходили, а у нас была своя стиральная машина прямо в квартире.

Организаторы заранее оплатили нам проходы в столовую. У нас была специальная карта, по которой мы могли пройти везде в вузе, на ней было «записано» определённое количество проходов в столовую на три недели, максимум – три раза в день.

В кампусе удивило удобство. Если сравнивать российский кампус и американский, то самые заметные различия – в доступности среды. Россия, конечно, в этом направлении тоже двигается, инклюзивность у нас развивается, но есть куда расти. В Америке же абсолютно всё оборудовано пандусами, даже если здание на два-три этажа, обязательно есть лифт. У каждой лестницы предусмотрены плавные переходы, чтобы можно было съехать. Двери открываются сами или по взмаху руки, чтобы человек на инвалидной коляске не тянулся к дверной ручке. Всё продумано до мелочей, даже питьевые фонтанчики двухуровневые – для людей разного роста. Для США это очень характерно, это норма культуры.

График у нас был очень плотным. По утрам ходили на пары, потом обедали. После пар ходили в гости, на мероприятия, в конце каждой недели выезжали на экскурсии, часто посещали музеи. Так что в конце дня я приходила уставшая и сразу ложилась спать.

– Чего вам больше всего не хватало?

– Во-первых, конечно, скучаешь по семье. За три недели я очень соскучилась по родным. Когда мы, преподаватели, уезжали из Техаса, а студенты оставались там ещё на три месяца, то, с одной стороны, мы им немного завидовали – ведь они смогут побывать в других городах, например в Сан-Франциско. С другой стороны, мы думали: «Вот приедем домой – и увидим родных наконец-то!» Ну и по привычной еде скучаешь. (Смеётся.) Там очень много жареного, сладости просто приторно сладкие – сахар на сахаре! Домой приезжаешь, варишь куриный суп и думаешь: «О боже, вот оно – счастье!»

– Культурного шока не возникало?

– У меня – нет, мы на нашей кафедре очень много изучаем культуру и со студентами, и сами. Но кое-что удивило. Техас граничит с Мексикой, там очень много мигрантов, и, например, в обычном супермаркете все таблички – «рыба», «мясо» – дублируются на испанском. Для англоязычной страны это удивительно и странно, ведь испанский у них не является ни официальным, ни вторым языком. И ты понимаешь, что сделано так только для мигрантов. Увидеть это своими глазами было очень удивительно!

Познать других, чтобы понять себя

– Поговорим о программе U.S.-Russia Partnership for Global Solutions. Как она устроена, в чём её цель?

– Программа направлена на развитие партнёрских отношений между Россией и США для глобальных решений. Цель программы – обмен профессиональным и культурным опытом. С одной стороны, мы делали презентации о российской культуре, рассказывали о своём опыте, просто много общались с людьми, ходили на пары. А с другой стороны, программа хочет, чтобы обратно мы привезли больше знаний об американской культуре, чтобы здесь рассказывали о ней, развеивали стереотипы. То есть программа нацелена на то, чтобы каждая культура лучше познала другую.

Есть одно важное условие. Виза, по которой я ездила, – J-1, то есть Visiting Scholar. После того как истекает её срок, ты два года не имеешь права подаваться на визу снова. Это такое требование, о нём предупреждают сразу. В том числе ты должен вернуться в свою страну, провести эти два года дома и передавать культурный опыт студентам.

– Что именно подразумевается под обменом опытом? Как это выглядит на практике?

– Если говорить про профессиональную активность, то преподавателей и студентов записывали на различные занятия. Сначала нас опрашивали, какими темами мы интересуемся. Я сказала, что меня интересует преподавание английского языка, и меня одну отправили к магистрантам, которые готовятся преподавать английский как иностранный. Плюс я ходила одна на занятия по английскому для мигрантов-иностранцев, которые хотят поступать в университет. Ходила и на машинный перевод с несколькими студентами, общалась с другими американцами – так происходил профессиональный обмен. Я приходила как наблюдатель, подмечала их «фишки». На занятиях преподавателей мы много общались, потому что работаем в одном поле, и диалог был на равных.

– Насколько сложным оказался отбор в программу?

– На первом этапе надо было заполнить базовую информацию о себе: уровень образования, наличие загранпаспорта и так далее. Далее – мотивационное письмо, в котором ты должен расписать на английском языке, какие у тебя цели, чем ты можешь быть полезен. Нужно уметь себя презентовать, приложить своё резюме с уместными навыками или публикациями, то есть сообщить, чем ты можешь заинтересовать принимающую сторону. На втором этапе нас приглашали на устное интервью, личная беседа. Третий этап – специальное онлайн-тестирование: тебя регистрируют в системе, затем ты выбираешь определённый временной слот, подключаешься и даёшь доступ к экрану, за тобой наблюдают. Получается, ты сидишь в наушниках, и за тобой три часа наблюдает человек. Он видит, что у тебя на рабочем столе, чтобы ты не списывал. Требования были очень строгие: никто не должен был заходить в комнату, идентификация – только по паспорту. Проверялись все навыки: чтение, аудирование, говорение, письмо. Если было набрано достаточное количество баллов, присылали письмо: «Поздравляем! Мы хотим с вами сотрудничать. Готовы ли вы? Подумайте. Если готовы, начнём процесс оформления визы».

– Сейчас поездки в США для россиян – дело непростое...

– Да, посольство в Москве сейчас не работает на выдачу виз для туристов. Но здесь большое спасибо принимающей стороне – они для нас всё организовали. Мы ездили в Москву, в посольство, за их счёт. Мы приехали в определённый день с пакетом документов, нам открыли двери, мы вошли по записи и прошли интервью на получение визы. Вопросы были стандартные, если ничего их не настораживало, визу спокойно выдавали. Перед визовым интервью был длительный процесс заполнения документов через интернет, это заняло где-то неделю. Оформление онлайн-заявки на визу заняло ещё пару дней. Отбор и подготовка к интервью длились несколько недель, а само собеседование в посольстве проходило один день. В целом вся подготовка перед вылетом заняла около полугода.

– Чему вы научились за эти три недели? Какие знания или практики показались особенно ценными?

– Мне было очень интересно наблюдать, как у них проходят пары, как строится учебный процесс. Это была моя личная задача, я старалась подмечать особенности: что совпадает с нашим подходом к преподаванию, что отличается. Это как глоток свежего воздуха, когда можешь посмотреть на разные практики и что-то взять для себя или понять, что мне больше нравится то, как мы работаем в России.

Передавать такой опыт студентам – бесценная возможность. Я старалась делать как можно больше фотографий всего, что связано с культурой Америки. Понимаю, когда у нас со студентами будет тема «Food», я покажу им фотографии из Америки и смогу побеседовать с ними предметно.

– А вы сами чему-то обучали американцев? Проводили мастер-классы, лекции?

– Мы с преподавателями делали презентации. Конкретно я – по русскому искусству. Студенты и все желающие американцы вместе со мной выучили наши известные картины: работы Малевича, «Трёх богатырей», «Ивана Грозного», «Бурлаков на Волге». Некоторые иностранные преподаватели просили меня показать эту презентацию их студентам.

Америка «изнутри»: впечатления и открытия

– Какое самое сильное впечатление осталось от Техаса?

– Наверное, бейсбол. (Смеётся.) Мне было очень интересно сходить на бейсбол. Нам повезло, благодаря волонтёрской организации мы смотрели игру из частной ложи. Это был приятный опыт: ты сверху, в официальной зоне, наблюдаешь за всем. На бейсболе редко бывает экшен, но в тот день была очень интересная, насыщенная игра, даже фейерверки запускали!

– Есть ли что-то в американской культуре, что вы хотели бы привить себе?

– Я для себя поняла, что нужно учиться делать комплименты, если хочешь говорить по-английски. (Улыбается.) Понимаю, что мне есть куда в этом направлении расти. Они часто делают друг другу комплименты. К тебе может подойти студент и сказать: «Ой, мне так нравится ваша шаль с котятами!» И ты теряешься, а для них это совершенно естественно. Потом я осознала, что комплименты делают разговор приятнее, умение сказать что-то хорошее и развить тему удивляет и восхищает. Это хорошие навыки, полезные не только в повседневной жизни, но и в профессиональной деятельности.

– Хотели бы вернуться в США? Или теперь будете рассматривать другие направления?

– Я была в разных странах и сделала для себя вывод, что я – русский человек, российская культура – часть моей личности. Но путешествовать мне очень нравится. Конечно, хотелось бы поехать куда-то ещё в США. Привлекает южная культура, с удовольствием посмотрела бы какие-то места, если будет возможность.

Советы коллегам

– Если бы кто-то из ваших коллег захотел поучаствовать в подобной программе, что бы вы им посоветовали?

– Пробуйте – однозначно! Если хочется – пробуйте, это хороший опыт. Для человека с нашей кафедры это отличная возможность практиковать язык.

– Как вы считаете, зачем вообще нужны сегодня такие международные обмены?

– Много, на самом деле, причин. Во-первых, между странами должны быть культурные взаимодействия. Сейчас это особенно важно – налаживать связи, культурные и дружеские контакты. Это помогает выйти за рамки, взглянуть на мир по-другому, расширить горизонты, избавиться от стереотипов. Во-вторых, это плюс для резюме – очень хорошая языковая практика, в живой среде можно услышать множество акцентов. По-моему, тут одни только положительные моменты, если ты, конечно, сам чётко понимаешь, зачем едешь.

– Если бы нужно было описать эту поездку одним словом, каким бы оно было?

– Опыт. Новый опыт. У меня ещё никогда не было такого – поехать в зарубежный университет и обмениваться культурным опытом.

В материале использованы фотографии из личного архива Юлии Ведерниковой