Жюль Верн против Джоан Роулинг. Филолог Леонид Клейн о том, почему подростки выбирают магию

Какую книгу лучше почитать подростку? Почему Верн, Стивенсон и Дюма разжигают конфликты между поколениями? Как «Гарри Поттер» наносит удар современной школе и мещанству? И что читать тем, кто в советском детстве не отрывался от «Двух капитанов»? На эти и другие вопросы ответил филолог, радиоведущий и просветитель Леонид Клейн в своей лекции «Подростковое чтение: между устаревшей классикой и зыбкой современностью». Она состоялась в феврале во дворце культуры «Тольяттиазот» в рамках образовательного проекта «Химия слова».

Прививка против инфантильности

Однажды Джоан Роулинг сказала: «Если вы не любите читать, значит, вы просто не нашли нужную книгу». Но как найти ту самую «нужную» книгу, скажем, подростку? Учителя и родители советуют бессмертную классику, но рука сама тянется к современной литературе, которую почему-то не одобряет старшее поколение. И хорошо ещё, что подросток вообще любит читать. А если нет? Как тогда он сможет найти заветную «нужную» книгу?

По мнению Леонида Клейна, любовь к книгам закладывается у ребёнка с детства.

Я знаю только один способ заинтересовать современного подростка книгами. Подросток должен видеть современного родителя, который читает книжки. Вот и весь рецепт, – сказал лектор.

По словам Клейна, отсутствие у современных молодых людей интереса к книгам происходит из-за пренебрежения родителями ценной и уникальной возможностью семейного чтения. Отчасти из-за отсутствия свободно времени, отчасти из-за перекладывания ответственности на учителей и библиотекарей, а отчасти из опасения, что чтение вслух (например, перед сном) сделает из детей инфантильных подростков.

С одной стороны, мы хотим, чтобы дети читали, а с другой – нам важно, чтобы они поскорее повзрослели. Нам кажется, если мы на ночь читаем детям вслух, то мы их как-то инфантилизируем. На самом деле, что может быть лучше вечернего чтения? И вообще – чтения вслух? – задал риторический вопрос лектор.

По мнению Клейна, семейное чтение так же важно, как и обсуждение прочитанного. Однако здесь появляется другая проблема: если родители и советуют своим детям какие-то книги, то это, как правило, те произведения, которыми они сами зачитывались в детстве, но которые утратили свою актуальность для современного подростка. Но чем романы Александра Дюма, Фенимора Купера, Роберта Стивенсона и Жюля Верна покорили старшее поколение? И в чём они уступают современной литературе?

По словам Клейна, романы Верна – «прививка против инфантильности». Мир, описываемый французским писателем, ещё не познан, по-настоящему опасен и полностью строится на доверии к науке. Потому что наука, считает лектор, способна объяснить мир.

Мне кажется, что и у Жюля Верна, и у Джека Лондона, и у Фенимора Купера есть особенность. У них мир – с чёткими пределами возможностей, с конкретными ограничениями. Вы не можете выйти из их материального мира – у вас нет волшебной палочки, потому что это про тяжёлый жизненный труд. Да, там случаются невероятные путешествия и приключения, но в рамках жанра, а жанр диктует суровую реальность, – объяснил Клейн.

Леонид Клейн считает, что своей пластичностью и отсутствием ограничений современная литература превосходит классические романы. У сегодняшнего подростка есть отличная возможность с помощью фэнтези и фантастики побывать в других мирах, пообщаться с мифическими существами, научиться колдовать, оживлять мёртвых и стать бессмертным. Но делает ли это хуже подростковую литературу? И как она разговаривает на одном языке с современным молодым человеком?

Мальчик, который – выжил... и стал одиноким

Цикл «Гарри Поттер» британской писательницы Джоан Роулинг – огромная книжная сага, на которой выросло уже целое поколение читателей. История о юном волшебнике изложена в семи толстых томах, которые современные подростки (и не только!) читают с упоением и неподдельным интересом. Но каким образом магия, волшебные существа, сложные заклинания и семейные тайны смогли найти отклик у современного читателя?

Магия, оказывается, тут не при чём.

Там очень важная проблематика, и она совершенно подростковая, – отметил Клейн. Лектор привёл в пример пятую часть цикла – «Гарри Поттер и Орден Феникса». В ней пятнадцатилетний Гарри становится совершенно одиноким. Он не находит нужного контакта ни со своими верными друзьями, ни с мудрым директором школы чародейства и волшебства Дамблдором, который всегда поддерживал его.

В этой книжке поднимается важная подростковая проблема – попытка найти стержень жизни в ситуации, когда у вас нет родителей, – добавил лектор.

Тема родителей, а точнее их образа, выделяется и в третьей книге о Гарри Поттере – «Узник Азкабана». Когда Гарри заклинанием «Экспекто патронум» отгоняет злых существ – дементоров, ему кажется, что в облаке яркого света он видит призрак своего отца и решает, что именно отец его и спас. Но позже, когда Гарри попадает в прошлое и получает возможность что-то изменить, он узнаёт, что дементоров отогнал вовсе не его отец, а он сам. Получается, Гарри помог самому себе. Лектор назвал этот момент очень сильным: «Нам кажется, что в «Гарри Поттере» какая-то бесконечная мистика... Но мне показалось, что это очень сильно и жизненно: про отца в частности и родителей в целом».

Кроме того, Клейн считает, что «Гарри Поттер» обязан своей популярностью собственному «удару по современной школе». Огромный средневековый замок Хогвартс со своими тайнами, ожившими картинами, двигающимися лестницами и коварными преподавателями, среди которых встречаются и оборотни, и учителя с двумя лицами, оказался гораздо интереснее обычной реальной школы.

Там просто нет скуки. Роулинг наносит удар по современной школе, причём по любой современной школе, – заключил лектор.

В «Гарри Поттере» также есть разделение между магами и маглами (теми, кто не умеет колдовать. – Прим. авт.), напомнил Клейн. Он считает, что маглы – отражение мещан и общества потребления.

С автором хочется согласиться и в пример наиболее яркого проявления мещанства в серии Роулинг можно поставить отношение к Гарри семейства Дурслей, в котором он жил после смерти родителей. Роулинг подчёркивает, с какой безвкусицей обставлен их дом, какими приземлёнными стремлениями увлечены его обитатели и как карикатурные образы самих Дурслей идут вразрез с уникальной и запоминающейся внешностью Гарри, который может похвастаться вечно взъерошенными тёмными волосами, ярко-зелёными глазами и шрамом на лбу в виде молнии.

«Туве Янссон – это уют без мещанства»

У Высоцкого есть знаменитая строчка: «Детям вечно досаден их возраст и быт». Но быт-то точно досаден, – отметил лектор. Клейн напомнил, что семейные ценности – такая же важная составляющая подростковой книги, как и тема родителей, одиночества и непонимания. В яркий пример проявления семейных отношений лектор поставил сказку финской писательницы Туве Янссон «Мемуары Муми-папы».

Перед нами – мир абсолютно ненастоящий, сотканный из подслушанных детских разговоров, из книг, из каких-то архетипических страхов любого человека. На каком главном ките стоит Туве Янссон? Этот кит называется семейные ценности, – отметил Клейн. Несмотря на постоянную угрозу и дальние путешествия, для героев нет ничего важнее семьи и домашнего быта. «И всемирный потоп, и комета, и всё что угодно, но вот обед, простите, по расписанию», – добавил лектор.

Также Клейн отметил, что произведения Янссон особенны не только прекрасными переводами, «ужасно остроумными текстами» и своеобразной картиной мира, но и тем, чего так не хватает в отечественной культуре – уютом. «Туве Янссон – это уют без мещанства. Уют, который основан на любви, а не на каких-то обязательствах», – отметил Клейн.

Кикимора, вампиры и Онегин

По мнению лектора, ещё одной важной причиной отсутствия у подростков интереса к книгам является потеря их актуальности. Одной из черт молодёжной литературы является возможность найти подростку в книге самого себя. «Если они не видят себя, то нужна такая литература, в которой ребёнок прочтёт про себя», – сказал лектор.

В качестве примера такой литературы Клейн привёл роман российской писательницы Евгении Некрасовой «Калечина-Малечина». Главная героиня книги – девочка Катя, которая оказывается никому не нужной: ни родителям, ни своим одноклассникам и учителям, ни, кажется, даже самой себе. Но тут появляется Кикимора – с одной стороны, плод воображения Кати, а с другой – собирательный образ её страхов, комплексов и желаний.

Это одновременно и волшебный, и сказочный, но при этом абсолютно реальный персонаж, являющийся и помощником, и ангелом-хранителем, и альтер-эго Кати, и маленькой атомной бомбой, – пояснил лектор.

По мнению Клейна, в жанре магического реализма Некрасова отчасти показывает мир таким, какой он есть на самом деле и который знаком абсолютно каждому русскому человеку – серые «панельки», телевизионные антенны, упирающиеся в тёмное небо, и «заваленный машинами вперемешку со снегом двор». Но отчасти в эту ничем не примечательную, тусклую картину мира врывается что-то незнакомое и волшебное.

А что такое «про себя» в данном случае? Для условного пятнадцатилетнего подростка нет никакой разницы между Москвой, Нью-Йорком, Лондоном, Тольятти. Есть город, есть работающие родители, школа, есть те же самые проблемы, – отметил Клейн.

Другая книга, которую лектор рекомендовал уже старшему поколению, – роман Алексея Иванова «Пищеблок». В ней автор меняет привычные представления о советском прошлом и лагерном детстве, добавляя в них мистику, хоррор и потусторонних существ, например образ вампира-НКВДшника.

Мне кажется, у Алексея Иванова невероятно мощный талант. «Пищеблок» – это попытка реконструкции советского прошлого через детские страшилки, анекдоты и мифы, – сказал Клейн.

Ещё одно произведение, рекомендованное лектором, – роман в стихах французской писательницы Клементины Бове «Ужель та самая Татьяна?» (название, кстати, придумано самим лектором при переводе книги). Автор переосмысливает известного «Евгения Онегина» Александра Пушкина и переносит его действие в современные реалии. Там Онегин и Татьяна встречаются через десять лет после гибели Ленского в вагоне парижского метро.

Клементина Бове, когда получала образование, выучила русский, прочла «Евгения Онегина» на русском и вдруг обнаружила, что «Евгений Онегин» как-то не очень популярен во Франции. И она захотела, чтобы о нём узнали, – рассказал Клейн.

Мнение

Директор Объединения детских библиотек Вера Ухова:

Я думаю, это такая подзарядка – говорить о литературе и обсуждать литературу с детьми более глубоко. Иногда, находясь в этой «массовке», мы забываем о самом главном – ради чего всё это? Ради какого-то откровенного разговора между детьми и с детьми.

Воспитатель школы-интерната № 5 Ирина Сызганцева:

Мне было важно узнать, что я могу посоветовать для чтения подросткам в нашей школе, какую рекомендацию дать родителям и рассказать им о необходимости не только читать книги вслух, но и обсуждать прочитанное.

Тольяттинка Ульяна Трубачёва:

– Я бы сказала, что в этот раз было мало конструктивности, много разрозненности. Но не стоит отрицать, что лектор очень информативно отвечает по каждой теме и книге. Я считаю, что сейчас важно читать всем (не только подросткам). Книги проходят через жизнь всех людей, они помогают выразить свои мысли.

Материал впервые опубликован в газете «Speechka» № 3 (135) от 11.03.2021 г.

Просмотров: 314
Читайте также:
Поделиться с друзьями
Назад к списку статей