Культурный код. «Пищеблок»: читаем первоисточник

В мае на «Кинопоиск HD» состоялась премьера российского сериала «Пищеблок». Объединивший фантастику и триллер сериал кинокритики уже окрестили нашим ответом «Очень странным делам». У «Пищеблока» сразу же появились преданные поклонники. Впрочем, успех сериала вполне закономерен: у него очень крепкий книжный первоисточник – роман Алексея Иванова «Пищеблок» (2018). Корреспондент Молодёжного медиахолдинга «Есть talk!» Сергей Сызганцев прочёл книгу и подготовил на неё свою рецензию.

1980 год. Юные пионеры заезжают в лагерь «Буревестник» на олимпийскую смену. Казалось бы, всё как положено: красные пионерские галстуки, белые рубашки, песня горна и яркие лучи солнца над Волгой. Да, днём это самый обычный пионерский лагерь. А ночью в нём просыпаются вампиры.

Главный герой истории – вожатый, второкурсник Игорь Корзухин – с самого начала рассказал ребятам страшилку. Якобы ночью в лагере оживала полуразрушенная статуя девочки-горнистки. Она жаждала отомстить мальчишке, который разбил её возлюбленного – гипсового барабанщика. Подобных историй в «Пищеблоке» Алексея Иванова очень много. Здесь и иностранцы-вредители, и чёрная рука, и мертвец в пианино, и футболка с олимпийским мишкой, который после стирки показывает грозный оскал. Скажу больше: лагерные страшилки – неотъемлемая часть романа.

Но самая страшная история разворачивается на глазах читателя. Второй главный герой романа – пионер Валерка – замечает, как у его товарища пьёт кровь другой его товарищ. Окончательно убедившись, что происходящее – не сон, Валерка решает разобраться, кто на самом деле живёт в пионерском лагере.

Алексей Иванов соединяет в «Пищеблоке» черты городского фэнтези и нетипичного молодёжного романа. Вампиры здесь, с одной стороны, – не только мистические сущности, но и призраки умершей эпохи, когда красные галстуки, торжественные клятвы и значки в виде пятиконечных звёзд ещё что-то значили. С другой стороны, вампиры Иванова – своеобразная метафора советской власти и идеологии с её пропагандой и принуждением ей следовать.

Но «Пищеблок» не критикует власть. Политики в романе нет. Автора волнует то, во что превратились советские символы и идеи. Недаром Игорь вдруг понимает, что единственно ценным во всём этом окружении является совсем другое: «Настоящим являлось совсем иное!.. Его дружба с Валеркой. Его любовь к Веронике. Детство лагерных оболтусов, которые не знали, для чего они здесь нужны. И ещё, наверное, настоящими были рекорды на далёких стадионах».

Интересно, будут ли заметны эти пылинки советского детства молодому поколению? Мне, как одному из его представителей, признаюсь, нет. Но в памяти то и дело всплывают документальные хроники, кадры из советских фильмов про пионеров и рассказы родителей про их лагерное детство. Многое, кстати, совпало, например, эпизод о том, как мальчишки ночью обмазывали девчонок зубной пастой. Иванов и это припомнил в своём «Пищеблоке».

Одновременно светлый и жуткий роман, вероятно, может быть тепло принят старшим поколением. Хотя вампиры покажутся элементом инородным, однако, вполне соответствующим трендам современной массовой культуры. В этом несомненное достоинство «Пищеблока»: Иванов написал книгу, которую могут читать и подростки, и их родители. Каждый прочитает о своём.

Просмотров: 97
Читайте также:
Поделиться с друзьями
Назад к списку статей