Премьеры для самых юных. Как прошёл и чем удивил 12-й фестиваль «Премьера одной репетиции»

В Театре юного зрителя «Дилижанс» состоялся 12-й театральный фестиваль «Премьера одной репетиции». На этот раз он был посвящён теме «Театр следующего поколения». С 22 по 27 июня режиссёры представляли театральные эскизы спектаклей для детей. О том, как малыши Медея и Ясон переживают развод родителей, какие правила у полуночного сообщества и чей дедушка был вишней, читайте в большом обзоре корреспондента Молодёжного медиахолдинга «Есть talk!» Сергея Сызганцева.

«Театр следующего поколения»

На пресс-конференции, посвящённой 12-му фестивалю «Премьера одной репетиции», художественный руководитель театра «Дилижанс» Виктор Мартынов объяснил, чем важны спектакли для детей и почему их стоит посетить и взрослым. Он отметил, что искусство в первую очередь влияет на эмоциональное состояние человека, учит сопереживать. Это подготавливает ребёнка к взрослой жизни. Поэтому в своих постановках молодые режиссёры размышляли над такими не по-детски серьёзными темами, как развод родителей, детские страхи, владение эмоциями, отношения в семье, грани воображаемого мира и реального.

В этом году в конкурсной программе фестиваля приняли участие пять режиссёров из трёх городов – Тольятти, Москвы и Санкт-Петербурга. За неделю им предстояло поставить пять театральных эскизов, которые составили основную программу, – «Режиссёрская лаборатория». Традиционно лучший спектакль выбирали сами зрители.

Эскизы детских спектаклей были представлены в двух показах за день, поэтому на 12-м фестивале «Премьера одной репетиции» зрителям были представлены 18 спектаклей (вместе с постановками из гостевой программы). По словам Виктора Мартынова, это абсолютный рекорд. «Очень хочется видеть в зале знакомые, новые, красивые и умные лица зрителей, готовых стать свидетелями и участниками того, чего в Тольятти ещё не было», – отметил худрук «Дилижанса».

Фестиваль современной режиссуры «Премьера одной репетиции» – ежегодное событие Театра юного зрителя «Дилижанс». В течение нескольких дней режиссёры из разных городов России вместе с актёрами «Дилижанса» должны поставить спектакли-эскизы. После каждого показа проводится обсуждение. Работы оценивают как эксперты, так и простые зрители, однако именно результаты зрительского голосования определяют лучшую постановку. Эскиз-победитель после доработки включается в основной репертуар «Дилижанса» уже как полноценный спектакль.

Дети, родители, развод: «Дети Медеи»

Основную программу фестиваля открыл эскиз «Дети Медеи» режиссёра из Москвы Анны Потаповой по пьесе Сюзан Остен и Пера Лисандра. Действие постановки происходит в наши дни, а сюжет завязан на переосмыслении мифа о царевне Медее и её возлюбленном, аргонавте Ясоне. Но спектакль Анны Потаповой, как можно понять из самого названия, не столько о героях мифа, сколько об их детях – малышке Медее (Ксения Ворожейкина) и малыше Ясоне (Илья Домбровский). Они столкнулись с разводом родителей и по-своему переживают эту перемену.

Несмотря на то, что действие «Детей Медеи» происходит в современном мире, большинство реплик взрослых Медеи (Екатерина Федощук) и Ясона (Константин Ткаченко) произносятся сложным и возвышенным слогом Еврипида из трагедии «Медея». Включая в монологи и диалоги актёров, исполнивших роли родителей, мифологический текст, режиссёр хотела акцентировать внимание зрителей на том, что подчас дети и родители разговаривают на разных языках и потому не могут понять друг друга.

Вопреки ожиданиям, спектакль «Дети Медеи» получился слишком взрослым; он был поставлен скорее для родителей, чем для детей. Возможно, режиссёр хотела показать, как дети переживают развод на эмоциональном уровне, сделав акцент на различных ассоциациях. Эти находки могли трактоваться по-разному, и некоторые из них, судя по детским комментариям, были не совсем понятны юному зрителю. Например, один из ярких образов спектакля – расстроенная Медея, появившаяся на сцене в рваном и грязном свадебном платье, символизирующем, по-видимому, запятнанную семейную жизнь, молодость и саму исчезнувшую любовь.

Игра актёров тоже вызывала вопросы. Константин Ткаченко периодически не доигрывал при чтении слов Еврипида, а Екатерина Федощук, наоборот, излишне драматизировала. По мнению критиков, самое большое сочувствие вызывает второстепенный герой – кормилица Дилсуз в прекрасном исполнении Екатерины Зубаревой. На протяжении всего спектакля она помогала понять детям, что у некоторых людей, при всех невзгодах, может быть всё, а у некоторых – ничего: ни дома, ни семьи, ни уюта.

Илья Домбровский и Ксения Ворожейкина, исполнившие роли детей, справились со своей задачей хорошо. Они смогли показать на сцене детские обиды, разочарование, надежду на лучшее и ревность. Одной из интересных режиссёрских находок стала сцена, когда малышка Медея с накрашенными губами и щеками почти цитирует вопрос мачехи из сказки про Белоснежку, спрашивая у воображаемого зеркала, кто красивее – она или новая возлюбленная отца.

Таким образом, «Дети Медеи» – взрослый спектакль. Детям он может показаться слишком непонятным и даже страшным. Финал можно назвать открытым, ведь, по мнению некоторых зрителей, они так и не узнали, как поступать в подобной ситуации. Однако эскиз «Дети Медеи» сделал хорошую попытку разрушить табуированность темы развода и поговорить об этом с юным зрителем.

Не как в «Головоломке»: «Такие правила»

У маленького Ярика есть паровозик, с которым он очень любит играть. Ещё у Ярика есть старшая сестра-забияка и её вредная подружка, которые всегда его дразнят. И ещё у Ярика есть собака Буся, которая умеет говорить. Таковы правила эскиза спектакля тольяттинского режиссёра Алёны Савельевой.

Алёна Савельева – частый участник фестиваля «Премьера одной репетиции». На этот раз она попробовала себя не только в качестве режиссёра, но и драматурга, и актрисы. Так что эскиз «Такие правила» – полностью авторская работа. Совместно с актёрами театра «Дилижанс» Екатериной Зубаревой, Леонидом Дмитриевым и Татьяной Сундуковой они попробовали разгадать секрет владения своими эмоциями.

Из реквизита – пять чемоданов разных размеров. Но создатели эскиза доказали, что даже в них можно открыть целый мир. Так, в формате путешествия герои спектакля взобрались на вулкан гнева, чуть не утонули в водопаде печали и заблудились в чаще тревоги. Кроме того, эскиз соединяет в себе черты драматического, теневого, кукольного театров и даже мюзикла.

«Такие правила» – интерактивный спектакль. Так что посмотреть его будет интересно не только детям, но и взрослым. Совместный просмотр позволит детям во время одного интерактива запрыгнуть на колени к родителям, а последним поможет узнать, как помочь ребёнку овладеть своими эмоциями, понять, что злиться, плакать или бояться – это естественно.

Больше «жести»: «Полуночное сообщество»

Однажды тёмной-тёмной ночью пятеро детей собрались в тёмной-тёмной комнате, чтобы рассказать друг другу страшные-страшные истории. Например о том, как одной девочке подарили чёрную сим-карту, с которой ей звонил неизвестный номер, а на следующее утро кто-то из знакомых девочки бесследно пропадал. Или рассказ о коте-гипнотизёре Сырке, способном подчинить своей власти любого человека. Или история о мальчике, который решил прийти в гости к своему другу, и после этого его больше никто не видел...

Эскиз спектакля «Полуночное сообщество» по пьесе Ирины Васьковской и Дарьи Уткиной представил Константин Землянский из Москвы. В его клуб любителей страшных историй вошли актёры театра «Дилижанс» Илья Домбровский, Милена Сличная, Екатерина Федощук, Яна Еприкян, Максим Никлус и Ирина Шугаева. Композиция постановки простая – персонаж рассказывает по одной «страшилке», а остальные иллюстрируют его рассказ с помощью игры света и тени и различных предметов: картонных корон, вилок, фонариков, газет, очков и других предметов.

Юному зрителю показались страшными все истории, а взрослому, судя по комментариям во время обсуждения спектакля, не хватило «жести». Спектакль заканчивается на довольно спокойной и доброй ноте, что контрастирует с жутким и атмосферным (и немного штампованным) началом, заданным известной композицией «Тили-тили-бом». Не сыграли на руку постановке и развешанные «чеховские ружья» – детали реквизита, которые так и не были использованы в эскизе: белые простыни на зрительных рядах и одежда актёров. Главный недостаток истории – слитый финал, недосказанность, которая осталась висеть в воздухе даже после того, как актёры вышли на финальный поклон.

Эскиз «Полуночное сообщество» при описанных недостатках получился обаятельным, смешным, местами милым и добрым, не лишённым оригинальной подачи и интересных режиссёрских находок. Детям он поможет развить и без того бурную фантазию и даст повод не выключать свет по ночам, а взрослым подарит ностальгию по лагерным страшилкам с чёрной рукой, гробом на колёсиках и Пиковой дамой.

Гоголь-моголь и блины: «Мой дедушка был вишней»

Когда Тонино исполнилось четыре, у него было два дедушки и две бабушки. А когда ему стукнуло пять, у него осталось два дедушки и одна бабушка. Мама Тонино объяснила, что бабушка отправилась в долгое путешествие, а его дедушка Оттавиано уверяет, что она стала гусыней, потому что при жизни бабушка очень любила гусей. А ещё дедушка Оттавиано ездил на тарахтящем грузовике, слушал, как говорят растения, и готовил в ведре вкуснейший гоголь-моголь. Дедушка Оттавиано говорил, что когда-нибудь станет вишней. Потому что очень её любит. Вот такой вот он, дедушка Оттавиано.

Для режиссёра Яны Селезнёвой из Москвы заметную роль сыграл случай. По её словам, она случайно прочитала повесть Анджелы Нанетти «Мой дедушка был вишней» и так же случайно узнала о тольяттинском фестивале «Премьера одной репетиции». Но возможная победа эскиза уж точно не была бы случайностью. Ведь спектакль «Мой дедушка был вишней» не только исполнен талантливыми актёрами театра «Дилижанс» (Константином Федосеевым, Ириной Шугаевой, Рустамом Фазуловым, Александром Кудрявкиным, Яной Еприкян и Михаилом Гавриловым), но и идеально вписывается в жанр семейного спектакля, который будет интересен и детям, и взрослым.

Постановка может показаться сумбурной и незаконченной: персонажи то и дело бегают туда-сюда, параллельно разговаривая друг с другом, решая какие-то вопросы. Иногда зритель и вовсе ничего не понимает. Например, в тот момент, когда Тонино и Оттавиано ловят рыбу (многие не поняли, что это была именно она), героям помогают почему-то пожарные, а в итоге все вылавливают не рыбу, а плавки. Но, поскольку это был только эскиз, эти фрагменты можно будет доработать, и тогда получится полноценный спектакль.

Наряду с буднями сумасбродного семейства, спектакль «Мой дедушка был вишней» пытается поговорить с юными зрителями на сложную и противоречивую тему смерти. Только вот ни самой смерти, ни даже скорбной атмосферы в постановке нет. Есть только солнечная Италия, мальчик Тонино и его шумная семья, в которой родители забыли, что сами когда-то были детьми, а дети наблюдают за родителями и думают, почему они на них похожи.

Эскиз «Мой дедушка был вишней» – по-настоящему семейный спектакль. Взрослые, вероятно, увидят в нём себя, а юные зрители не только вспомнят своих бабушек и дедушек, но и с аппетитом будут смотреть на блины, которые пекут персонажи прямо на сцене.

Призраки советского прошлого: «Чук и Гек»

Есть две истории. Одна – весёлая, и вы с ней, вероятно, хорошо знакомы. Она про двух мальчишек – Чука и Гека, которые вместе с мамой отправились в далёкие Синие горы, – туда, где работал их папа. А есть грустная история. В ней уже повзрослевший Чук, читая письмо мамы, вспоминает своё детское путешествие: Новый год в лесу, долгожданную встречу с отцом и умершего брата Гека, с которым когда-то давно подрался из-за заветной телеграммы и пережил столько всего, что хватило бы на целый рассказ.

Те, кто ждал от эскиза «Чук и Гек» Анны Бесчастновой и Евгении Потаповой из Санкт-Петербурга пересказа знаменитого рассказа Аркадия Гайдара, скорее всего, были разочарованы. В театральной интерпретации события литературного первоисточника были отложены на второй план. Для режиссёров в этой истории важно было показать внутреннее состояние главного героя Чука и влияние, которое на него оказало прошлое. В этом «Чук и Гек» схож с другой постановкой «Дилижанса» – «Спасти камер-юнкера Пушкина». Главные герои обеих историй находятся в разломе времени, а происходящее на сцене по большей части строится на метафорах и образах – призраках ушедшей эпохи.

При всей своей неоднозначности, спектакль «Чук и Гек» отлично передаёт атмосферу советского времени. Главные герои бродили по сцене среди свисающих с потолка старинных часов, плюшевого мишки, табуретки, чемодана и даже советского эскимо. Эти детали – словно фрагменты воспоминаний из детства героев, того самого маленького мира, который в глазах ребёнка ограничивается несколькими предметами и образами. Композицию дополняли небольшие лампочки, чей жёлтый свет усиливал чувство ностальгии, уюта и душевной теплоты.

Роль серьёзного, но мягкосердечного Чука исполнил лучший актёр 11-го фестиваля «Премьеры одной репетиции» Олег Андюшкин, а весёлого и задиристого Гека сыграл Пётр Зубарев. Его сын Николай представил на сцене Гека в детстве, и он напоминал того самого – гайдаровского. Образ шутливой мамы братьев примерила на себя Ирина Храмкова, которая сыграла в этом же спектакле извозчика и почтальона. Кстати, приём, когда один актёр исполняет сразу несколько ролей, можно увидеть и в спектакле «Спасти камер-юнкера Пушкина».

Постановка «Чук и Гек» – грустная фантазия на тему будущего знакомых с детства персонажей, которая обеспечит взрослому зрителю ностальгию по советскому детству, а юному, вероятно, тягостное время ожидания конца спектакля. Эскиз Анны Бесчастновой и Евгении Потаповой всё-таки для более зрелой аудитории, выросшей на произведениях Аркадия Гайдара, или же для подрастающего поколения, которое не прочь смахнуть пыль с любимой книжки родителей.

Итоги 12-го фестиваля «Премьера одной репетиции. Театр следующего поколения»

Лучший спектакль – «Такие правила» (режиссёр Алёна Савельева), «Мой дедушка был вишней» (режиссёр Яна Селезнёва)

Лучшая актриса – Екатерина Зубарева (Кормилица – «Дети Медеи»)

Лучший актёр – Константин Федосеев (дедушка Оттавиано – «Мой дедушка был вишней»)


Просмотров: 153
Читайте также:
Поделиться с друзьями
Назад к списку статей