Руководитель клуба «Княжичи» Михаил Даньшин: «Тольяттинское оружие высоко ценится во всём мире»
19 августа 2021

В Тольятти есть умельцы, способные изготовить реквизит для постановки трюков. Заказы на популярное «киношное» оружие – шпаги, мечи и рапиры – регулярно поступают из Европы, Австралии, Новой Зеландии и Южной Америки. О секрете успеха тольяттинского оружия, проектах, в которых оно «засветилось», и планах на ближайшее будущее рассказал руководитель исторического клуба «Княжичи», выпускник Тольяттинского государственного университета (ТГУ) Михаил Даньшин.

Подход фехтовальщика-инженера

– Какие виды тренировочного оружия вы изготовляете?

– Всё, что связано с европейскими боевыми искусствами: рапиры, кинжалы, мессеры, федершверты, двуручные мечи. Мы производим и отгружаем в разные уголки мира всё, на чём фехтовали в Европе, и всё, что востребовано в этом направлении на сегодняшний день.

– Когда вы выполнили свой первый заказ?

– Это было шесть или семь лет назад. В своём клубе мы занимались на пластиковом оружии, а потом съездили на несколько крупных мероприятий, где попробовали в деле стальное – получили совсем другие эмоции. Тогда я начал призывать ребят перейти на серьёзное оружие. В какой-то момент курс доллара «скакнул» и стоимость иностранного оружия стала запредельной. Тогда и подумали: а может, мы сами попробуем сделать? Мысль возникла, что называется, «на коленке», а потом дозрела до серьёзного уровня.

– В какие страны идут заказы?

– Австралия, Новая Зеландия, Канада, США, Франция, Германия, Австрия, Корея, Тайвань. Есть договорённость с Южной Америкой, с этой страной пока нет прямого сообщения, но мы строим планы о сотрудничестве.

– В чём успех тольяттинского оружия?

– Я получил инженерное образование и долгое время работаю по специальности. Кроме того, сам достаточно давно занимаюсь европейскими боевыми искусствами, поэтому понимаю, каким требованиям должно отвечать оружие. Как инженер, я знаю, из какой стали оно должно быть сделано, какой термической обработке подвержено, и прочие важные нюансы мне тоже известны. Такой комплексный подход фехтовальщика-инженера и рождает правильный результат, который на сегодняшний день высоко ценится людьми во всём мире.

«Левша – неприятный противник»

– Михаил, в каких фильмах и спектаклях задействовано изготовленное вами оружие?

– Скоро выходит первая серия сериала Aeterna – российский ответ «Игре престолов». Для этого проекта мы изготовили целый спектр оружия. В фильме актёры фехтуют нашими шпагами. Также мы изготовили реквизит для Московского театра Олега Табакова. Через инстаграм на нас вышел фехтовальный дуэт «Бретер» – Виктор и Олег Мазуренко, мастера спорта по фехтованию, единственный фехтовальный дуэт, сложившийся в 2000 году, который синтезировал стиль европейских школ фехтования от XVI–XVIII веков и создал свой авторский оригинальный стиль «вневременного» арт-фехтования, связав его с эстрадно-цирковым, театральным и танцевальным искусством. Им срочно были нужны шпаги, поскольку они занимаются постановкой боевых сцен в различных проектах.

Отмечу, что работа с непрофессиональными фехтовальщиками, актёрами имеет свои нюансы: оружие должно смотреться как настоящее, но при этом оно должно быть очень хорошо сбалансировано. Если мы возьмём ренессансную рапиру, то это достаточно тяжёлая вещь – длиной больше метра и весит больше килограмма. Человек без специальной подготовки таким клинком больше 20 секунд фехтовать не может, а у них репетиции длятся часами.

– Обращались ли к вам с просьбой сделать оружие для левши?

– Да, регулярно. Есть определённые особенности, которые касаются несимметричных элементов. У нас есть ряд позиций – рапир или сабель, которые ориентированы по умолчанию на правшу. Поэтому, если человек хочет заказать оружие для левши, он этот момент указывает. Если в общем и целом среди людей левшей небольшой процент, то в среде фехтовальщиков их намного больше. В нашем клубе есть всего один левша, он ходит на длинный меч. Конечно, когда ты попадаешь на турнир, где против тебя выходит левша, особенно по рапире, тебе всегда тяжело. У меня нет опыта фехтования с левшой, а у него с правшой есть и много, поэтому левша – всегда неприятный противник.

– Когда речь идёт об изготовлении меча многие читатели представляют себе кузницу, горн, наковальню и здоровенного мужика, который бьёт молотком по раскалённому металлу. А как на самом деле всё происходит?

– Сейчас немного другая технология (смеётся. – Прим. ред.). У нас тоже, конечно, есть здоровенный мужик. Горна нет, но есть наковальня. Есть определённые элементы, которые мы отковываем вручную. Для некоторых заказчиков из Европы, из Америки это очень важно. Есть люди, готовые платить, чтобы часть оружия была выполнена вручную. Но это единичные продукты. В основном клинки делаются на станках.

«Соседи вызывали полицию во время наших тренировок...»

– Вы указываете авторство на своих мечах?

– Мы ставим «клеймо». Есть логотип нашей мастерской – щука с острыми зубами, с клинком. Силуэт этой щуки ставим вместо клейма. Тольятти – город на Волге, почему бы не щука, подумали мы. И ещё нюанс – в английском языке у слова «щука» есть второе значение – пика. Нам показалось это символичным.

– Вы не всегда занимаетесь в спортзале ТГУ, где уже привыкли к мужчине со шпагой. Как реагируют незнакомые люди, когда становятся свидетелями вашей тренировки на улице?

– Когда был режим самоизоляции, мы тренировались во дворах домов. Бывало, что соседи вызывали полицию, кидались в нас яйцами, но в основном реакция позитивная. Были даже те, кто подходил и записывался на тренировки.

Кстати, однажды к нам приехал наряд полиции, подошёл инспектор, посмотрел, чем мы занимаемся, и решил сходить к гражданину, вызвавшему стражей порядка, объяснить ситуацию, чтобы тот впредь не беспокоил по пустякам.

Материал впервые опубликован в газете «Тольяттинский университет» № 14 (832) от 13.05.2021 г.

Просмотров: 56
Читайте также:
Поделиться с друзьями
Назад к списку статей