Ничего общего. Адвокат Артём Дулгер – об особенностях раздела имущества бывших сожителей

Классику французской литературы Андре Моруа приписывают слова, которые станут эпиграфом сегодняшнего диалога: «Любовь начинается с великих чувств, а кончается мелкими сварами». Когда прошла любовь и завяли помидоры, можно разбежаться по разным квартирам, но при этом сохранить уважение друг к другу. Однако порой мосты сжигаются и шансы остаться в хороших отношениях равны нулю. Уверена, что такой финал неизбежен, если человек, которого женщина считала родственной душой, требует вернуть ему всё, что он подарил в лучший период их совместной жизни, либо настаивает на возмещении его расходов. Но на чьей стороне окажется закон, если распавшаяся пара в своё время не дошла до ЗАГСа? С темой раздела имущества сожителей в своей адвокатской практике столкнулся мой визави – старший преподаватель института права Тольяттинского государственного университета Артём Дулгер.

Артём Дулгер. Фото: Артём Чернявский

 Артём Вячеславович, здравствуйте.

– Наталья, добрый день.

 Курс на семейственность, взятый нашим государством, можно только приветствовать. Вместе с тем соцопросы показывают, что есть россияне, которые одобряют жизнь в гражданском браке, в том числе для проверки чувств. В меньшей степени, чем сожительство, соотечественникам нравится супружеская измена. Её большинство респондентов осуждает. Однако адюльтер не запрещён официально, такая форма взаимоотношений существует. История из практики моего юридически подкованного собеседника о том, к чему должны быть готовы мужчины и женщины, которые согласились встречаться без свидетельства о регистрации брака. Артём Вячеславович, вам слово.

– Сразу хочу отметить, что под гражданским браком многие люди понимают сожительство, но это не так. Гражданский брак – как раз тот брак, который зарегистрирован в органах ЗАГС. Всё остальное – просто сожительство, к таким отношениям Семейный кодекс не применяется, вместо него действует положение Гражданского кодекса. Это очень важный момент, далее мы подробно об этом поговорим.

Расскажу на конкретном примере. У меня было дело о защите женщины, которая встречалась с женатым человеком. Он подарил ей телефон, но после расставания решил вернуть телефон себе. Всё это сопровождалось многочисленными обращениями в правоохранительные органы: между мужчиной и женщиной был серьёзный конфликт. В итоге мы встретились в суде по его иску о взыскании неосновательного обогащения. Свой иск мужчина мотивировал тем, что он якобы дал телефон женщине во временное пользование, не в подарок. И поскольку он передал этот телефон без какого-либо основания (он не заключал с женщиной договор дарения или договор купли-продажи), мужчина посчитал, что это как раз и есть неосновательное обогащение, и потребовал вернуть стоимость телефона себе.

При рассмотрении дела в суде тактика защиты была следующей: мы доказывали, какие в действительности были отношения между ними. Мужчина отрицал какие-либо отношения. Он говорил, что они всего лишь знакомые и он по доброте душевной дал женщине этот телефон на пару месяцев. Мы убедили суд в том, что между ними были любовные отношения. Мы представили доказательства, в том числе скриншоты переписки и детализацию звонков, из которой стало ясно, как часто они созванивались. А поскольку между этими мужчиной и женщиной был конфликт, женщина решила вести аудиозапись их достаточно содержательных разговоров. Интересно было всё это слушать и особенно говорить об этом в суде. Также мы привели свидетелей, которые более детально рассказали о взаимоотношениях истца и ответчика, как они общались между собой. И благодаря этому мы убедили суд в том, что никакого неосновательного обогащения нет, а в действительности этот телефон был своего рода компенсацией за противоправные действия со стороны мужчины в отношении нашей доверительницы. Если говорить об этом более подробно, то мужчина сперва разбил личный сотовый телефон женщины. На следующий день они поехали в салон сотовой связи, купили новый. Мужчина расплачивался за телефон своей кредитной картой, то есть во всех чеках были его имя и фамилия. При этом в нагрузку, как обычно, ему оформили сим-карту, которую он также отдал женщине. Мы делали запросы сотовым операторам. Они дали ответ, в какой день и в какое время [разбитое] мобильное устройство женщины было выключено и в какое время её сим-карта была активирована в новом телефоне. Одновременно с активацией её сим-карты была активирована сим-карта, которую оформили мужчине-истцу. Секунда в секунду. И в совокупности со свидетельскими показаниями, с перепиской эта детализация стала основополагающим доказательством и убедила суд в нашей правоте.

 Телефон-то у кого остался?

– У женщины. И денег за него она мужчине не должна. Более того: с этого мужчины мы взыскали судебные издержки – расходы женщины на нашу юридическую помощь.

 Прекрасно. Сложно выигрывать такие дела?

– Очень сложно, потому что на тот момент (когда в суде рассматривали рассказанное выше дело о якобы неосновательном обогащении) практика была негативной для ответчиков. Истцу достаточно было доказать тот факт, что имущество находится у другой стороны, и ответчик должен был оспорить и представить доказательство, на основании какого договора она это имущество держит у себя. А поскольку у нас нет ни договора купли-продажи, ни договора дарения, ни чего-либо ещё, – это классическое неосновательное обогащение. Готовясь к этому процессу, я анализировал судебную практику по другим регионам нашей страны, и она была такая же негативная. По сути, это решение было одним из первых в стране с положительной практикой для ответчиков. Уже потом появилась практика Верховного суда и суды поменяли подходы к рассмотрению такой категории дел.

Изображение сгенерировано нейросетью recraft.ai

 – Какой хороший поворот событий вы устроили. Не без участия суда и со скандалом имущество делят и люди, которые состояли в официальном браке. Буквально вчера я читала решение тольяттинского суда, в котором сказано, что мужчина перечислил деньги на карту своей жене, а после развода заявил о её неосновательном обогащении. Артём Вячеславович, поясните, пожалуйста, в чём принципиальная разница раздела имущества после официального брака и сожительства.

– Как я уже сказал, для официального брака применимы нормы Семейного кодекса. В нём прямо указано, что всё имущество, которое приобретается в период брака до его прекращения, является совместным. И предполагается, что у каждого из супругов есть 1/2 доля в этом имуществе независимо от того, на чьё имя оно записано. К сожительству Семейный кодекс не применяется, поэтому мы сталкиваемся с такой судебной практикой, когда [мужчина или женщина] выдумывают разные основания и, как правило, ссылаются на неосновательное обогащение.

 Артём Вячеславович, на ваш взгляд: достаточно ли на сегодняшний день в России нормативно-правовых актов для справедливого раздела имущества бывших влюблённых, которые не состояли в законном браке?

– В настоящее время нормативно-правовых актов для раздела имущества после расставания сожителей не существует. Этот пробел восполняется, как правило, судебной практикой и позициями Верховного суда.

 Вне зависимости от того, станут ли органы власти менять или дополнять нормативно-правовую базу, для суда всегда в первую очередь будут важны аргументы сторон. Но сложно представить пару, которая хранит чеки от каждой покупки с расчётом на то, что они пригодятся после расставания. В таком случае как мужчине и женщине делить совместно нажитое имущество? Допустим, холодильник, стиральную машинку и телевизор?

– Повторюсь: для сожительства термины из Семейного кодекса, в частности «совместно нажитое имущество», не применяются, хотя люди привыкли считать именно так. Если мы говорим о бытовой технике, то она принадлежат тому, чьё имя указано в документах на это имущество. Купили холодильник – заключили договор. Кто в нём указан, тот и является собственником этого имущества. Важно понимать, что данное имущество не будет общим для сожителей. В случаях, когда нет документа, чека или безналичного перевода, поскольку это имущество оплачивали наличкой, возникнут проблемы с доказыванием, что именно ваши деньги были потрачены на покупку этого имущества. Как вариант, это можно восполнить свидетельскими показаниями.

 То есть кто-то с вами пошёл покупать холодильник?

– Да, какой-нибудь друг, знакомый, который помогал, например, поднимать холодильник на этаж, подработал грузчиком.

 А если таких друзей и знакомых нет, уже не докажешь, правильно?

– Совершенно верно. Поэтому собственником имущества будет тот, чьё имя указано в документах на это имущество.

 Обидно, потому что когда люди живут вместе, они часто скидываются, а покупает кто-то один со своей карты. Получается, потом не докажешь, что десять тысяч [рублей] докинула сожителю, да?

– Да, именно так.

 А если речь идёт не о бытовой технике, а о более крупных тратах и в них финансово принимали участие оба партнёра? К примеру, покупка квартиры и ремонт в ней – это по самым скромным расчётам три миллиона рублей. Кому и что должно достаться?

– В 2020 году Верховный суд рассматривал похожий случай. Мужчина вложил крупную сумму в ремонт квартиры, которая принадлежала его сожительнице. После расставания мужчина сперва решил получить в собственность долю в этой квартире. Суды ему отказали в этом. Тогда мужчина попытался взыскать расходы на ремонт квартиры как неосновательное обогащение. И стоит отметить, суды всех инстанций (вплоть до Верховного суда) высказали единую точку зрения, что такие расходы не являются неосновательным обогащением, поэтому требовать возврата этих денег мужчина не вправе. По сути, это был подарок его пассии.

 Какая прелесть. Артём Вячеславович, паре могли помогать родители, скажем, подарили микроволновку или диван. Кому имеет смысл претендовать на эти презенты после решения пары жить порознь? Как доказать своё право на то или иное имущество?

– Самый надёжный способ – заключать договор дарения с родителями, причём делать это я рекомендую своевременно. На практике бывает так: родители дарят своим детям какое-то имущество. Дети находятся в сожительстве, дар родителей никак не оформляется. Спустя годы возникает спор. И чтобы доказать, что это имущество принадлежит, скажем, нашему ребёнку, мы начинаем сочинять какие-либо документы, договоры и так далее. Но всё это легко опровергнуть через заявление о фальсификации документов (а это не что иное, как фальсификация). Либо проведением почерковедческой экспертизы. Поэтому я рекомендую оформлять документы непосредственно в момент, когда какое-либо имущество или деньги дарятся.

Изображение сгенерировано нейросетью recraft.ai

 Мне кажется, люди совсем не думают об этом, когда сходятся. Например, подарили мне родители холодильник. Я же не скажу любимому мужчине: «Так, всё, идём оформлять договор дарения».

– Совершенно верно. Как вариант, вместо оформления документов можно доказывать через безналичные платежи. Например, сегодня мы поехали в магазин, купили диван, оплатили его с карты одного из сожителей. А накануне родители этого человека перечислили ему вот такую сумму денег. После чего в суде мы показываем хронологию событий: кто, кому, на какой счёт, какую сумму перечислил и что именно эти деньги без снятия в наличку были потрачены на приобретение дивана.

– Значит, будет достаточно банковской выписки?

– Да, но необходимо её детально расшифровать.

– Ещё одна ситуация, которая может возникнуть при совместной жизни. Пара слетала на отдых. Мужчина его оплачивал. А после расставания с женщиной выставил ей счёт. У кого больше шансов выйти из здания суда победителем?

– Этот пример отличается от тех, которые мы уже обсудили, но механика та же самая, правила применяются те же самые. Если ответчик докажет, какие отношения состоялись между сторонами, что это был совместный отдых, то, я уверен, суд встанет именно на сторону ответчика. И здесь никакого неосновательного обогащения нет.

– Как в случае с телефоном? Были любовные отношения, поэтому отдыхали вместе, он оплачивал, и это...

– По сути – дарение.

– Артём Вячеславович, существуют ли документы, похожие на брачный договор, которые могли бы помочь полюбовно завершить сожительство?

– Очень абстрактный вопрос. Накидаю вариантов. Предположим, стороны начинают сожительство. У одного из сожителей есть квартира, которая не является совместной, а его вторая половина решает вложиться в ремонт этой квартиры. В таком случае можно заключить договор, который бы отражал, что сторона выплачивает вот эту сумму на ремонт квартиры, улучшает её. И здесь могут быть подварианты. Либо заключить договор купли-продажи, в котором сказано: кто оплачивает ремонт, тому переходит такая-то доля в праве собственности на эту квартиру; либо это может быть договор займа с обязательным условием о возврате. Но в условиях любовных отношений все эти документы будут очень странно выглядеть. Если мы говорим про завершение отношений, то подойдёт любая расписка, в которой стороны признают, какое конкретное имущество кому принадлежит, и у другой стороны нет претензий из-за того, что кто-то с собой это имущество забирает.

– Это может быть документ, написанный в свободной форме?

– Да, здесь не потребуется нотариального удостоверения. Хотя юристы, конечно, помогут более точно сформулировать условия такого документа.

– Изменятся ли условия раздела имущества, если в ходе сожительства у пары появится ребёнок или несколько детей? В данном случае сложно не вспомнить историю развода дизайнера Артемия Лебедева, который рассказал, что суд не учёл условия его брачного договора, поэтому Артемию придётся делиться нажитым с бывшей женой и шестью детьми. Но у известного предпринимателя было свидетельство о заключении брака. Если же такового нет, а дети есть, кому и на что рассчитывать?

– Я детально не изучал кейс Артемия Лебедева, поэтому сказать, почему при наличии брачного договора он оставил какое-то имущество своей бывшей жене и детям, я затрудняюсь. Могу лишь порассуждать. Он мог оставить имущество в счёт оплаты алиментов, в том числе на будущее, по достижении детьми какого-либо возраста. Второй вариант. Бывшая жена могла оспорить брачный договор, назвав его кабальным: условия этого договора существенно нарушают её права и ставят в невыгодное положение в сравнении с обычными условиями.

Всё, что я могу ответить на текущий момент о ситуации Артемия Лебедева, очень абстрактно. Необходимо изучать решение суда, если они эту историю рассматривали в суде. Если же мы говорим про сожителей, у которых есть совместные дети, то максимум, на что может рассчитывать сторона, – это на требование об уплате алиментов.

Поэтому сожитель, с которым остаются дети, может потребовать уплаты алиментов либо в процентном содержании от официального дохода, либо в твёрдой денежной сумме – как правило, в размере прожиточного минимума на детей. И если копится задолженность по алиментам, то в счёт погашения этой задолженности можно требовать имущество, допускается такой вариант. Но это максимум, на что можно рассчитывать.

– В остальном процесс деления имущества будет таким, как мы обсуждали с вами ранее? Дети не повлияют?

– Нет, не повлияют.

– Лучшая любовь – та, с которой скоро расстаёшься, которая никогда не ощетинивается шипами ненависти, но тихо уходит в прошлое, оставляя не болезненные уколы, а только душистый аромат сожаления. Автором этого вывода принято считать английского поэта и прозаика Ричарда Олдингтона. Но уверена, что наш сегодняшний диалог со старшим преподавателем института права Тольяттинского государственного университета и практикующим адвокатом Артёмом Дулгер навёл вас на собственные выводы. Желаю всем слушателям надёжных партнёров, и пусть от ваших финансовых и эмоциональных вложений вы получаете прибыль в виде счастливого семейного союза!

Ничего общего. Адвокат Артём Дулгер – об особенностях раздела имущества бывших сожителей
Просмотров: 4143
Читайте также:
Поделиться с друзьями
Назад к списку статей